(no subject)

Почему, если одинокий, то обязательно волк, как будто зайчики не бывают одинокими.

(no subject)

О сокровенном. Сокровенное. Самое трудноуловимое. Как его обозначить? Я уж было подумал, не юмор ли оно, не ирония - тоже ведь тонкие вещи. На них, как на поводьях, держится общение с родным человеком. Дернул-отпустил, проверил: слушается поводьев, повода, нет? Понимает, не обиделся - значит, тут рядом. Как ауканье.
И что с ним делать, с сокровенным, чтобы сохранить. Прятать от всех, как тайное знание, или наоборот - распространять, пусть все знают, так больше шансов сохранить. Так ему больше шансов сохраниться. И как бы долг: тебе дано было - обязан другим рассказать, поделиться.
Да, фиг расскажешь. Начнешь - слюнями изойдешь, засмеют. Гришковец, в голом виде, в одних трусах, о своем, о снежках, о мультиках, как он трясся в ожидание мультиков, ноги кролем, как огорчался: с улицы прибежал, от снежков оторвался, а показали мультик - ерундовый, кукольный. И он хватается за и опускает голову. А за ним, за Гришковцом, следующим номером, ты пойдешь, со своими воспоминаниями.
Мои воспоминания - мои детские катки, шаганье с них, на ободах коньков, в раздевалку, ноги - в стороны, на ширине плеч, шнурки - наружу и врозь, белые, самодельные, мокрые  - мои лыжи и катки, они во мне, мои воспоминания, на моем лице, уже в переваренном виде, проступают, читаются в искрах моих замечательных глаз. Почему именно катки? Как образ, каток - как образ, символ любого воспоминания: светлое, шумное, насыщенное движением, теплое место посреди темноты, пустоты, ну и мороза, мороза тоже, холода, так сказать, мироздания.
И настанут времена, станут все юзеры френдами и откроют подзамочные посты, и обменяются все своим сокровенным, каждый с каждым, и заплачут, и возрадуются.

(no subject)

Я тут в порыве очередного разочарования в устройстве мира и в людях удалил кое-кого из своих бывших френдов. Чтоб знали! Есть причины, кто захочет - изложу. В целом, этим своим проектом я крайне недоволен. Своими жалкими потугами и реакцией на них. И то, и другое могло быть получше. Но я был честен, честнее многих, чем богаты, тем и рады, надо бы лучше, да не могу. Проект закрыт, а журнал, со всеми его баржами и пароходами, пусть живет, отправляю его в самостоятельное плавание яко бутылку с письмом.


(no subject)

Вот женишься на филологичке, и будешь считать, что от тебя ушла жена, потому что ты плохо пишешь. Правильно в песне поется: не женитесь на курсистках.


(no subject)

"А что вы тут делаете, кино-то уже кончилось!" Нет, правда, чего не удаляете из френдов?


(no subject)

Старею. Уже нет никакого желания подойти на улице к спартаковским болельщикам и спросить: "Ну что, просрали?"

(no subject)

Поскольку основная теперече моя заповедь "Не встревай!", то я никуда не лезу, а только здесь спрашиваю тех, кто в курсе бучи вокруг Херсонского: уже все ебнулись, да, без исключения? Ведь если у тебя френд псих, то ты тоже псих. А там уважаемые люди, все во френдах ходят, некоторые во френдах моих френдов. Выходит, и я псих, и вы тоже, пока не расфрендились.